А вот отрывок из второй новой книги Елизаветы Шумской. Выкладываем перепостом с разрешения автора. Впечатления и обсуждения приветствуются.
И, конечно, огромная благодарность автору, что продолжает творить, радовать нас, создавать новые миры и новых героев.


28.02.2012 в 22:42
Пишет Калантрэ:

Боги вне подозрений
Коль уж я выложила здесь часть романа "Чудеса в ассортименте", будет несправедливо обойти вниманием другое готовящееся к публикации произведение - "Боги вне подозрений". Фрагмент поменьше, но это обуславливают правила издательства.
Напоминаю, роман "Боги вне подозрений" выйдет в издательстве ЭКСМО в апреле этого года в серии "Приключенческая фантастика".
Вначале произведения будет представлен краткий список героев. Я тоже приведу его, но для удобства восприятия в виде схемы.
Приятного чтения!


Елизавета Шумская


БОГИ ВНЕ ПОДОЗРЕНИЙ

Глава 1


Темно-серые, почти черные в своем гневе тучи будто хищники над добычей кружили над островом, то и дело разражаясь негодующим громом и острыми злыми молниями. Море вокруг бросалось на камень прибрежных скал, словно хотело добраться до венчающего их храма — дворца из матово-белого мрамора и прозрачно-дымной слюды.
— Госпожа гневается, — говорящий сидел в массивном деревянном с красной обивкой кресле и мрачно созерцал буйство природы, устроенное богиней.
Тот, к кому были обращены эти слова, подошел к приоткрытому окну, оглядел беснующееся море и расчерченные молниями темные облака. Порыв ветра разметал пряди его черных прямых волос.
— Весьма категорично, не так ли? — вздохнул жрец, начавший этот разговор. Наряд его и знаки отличия указывали на высокий ранг.
Его собеседник, больше похожий на воина, чем на храмовника, наклонил голову и произнес звучным пробирающе-холодным голосом:
— Госпожа, как и всякая женщина, хочет получить желаемое и не успокоится, пока не добьется своего.
Только самый внимательный слушатель смог бы расслышать в этой фразе усмешку.
Жрец лишь снова вздохнул.
— У нас нет иного выбора, Льот. Возьми Шаи и отправляйтесь. К вам присоединятся протекторы Среднего и Южного островов. По двое от каждого. Постарайтесь выполнить желание Госпожи в кратчайшие сроки.
Тот, кого назвали Льотом, склонился в поклоне, повернулся и направился к выходу из пустого холодного зала. Сидящий в кресле, больше похожем на трон, мужчина какое-то время прислушивался к тихому шороху плаща, будто сглаживающего четкость шагов воина.
— И еще одно, Льот, — голос верховного жреца богини Нарры остановил мужчину, — позволь напомнить тебе, что наши коллеги совсем иные. Возможно, манеры и поведение протекторов с других островов покажутся дерзкими и вызывающими, но помни, что имеешь дело с лучшими. Если говорить про их способности.
Молчание и легкое движение брови — не столько согласное, сколько показывающее, что старший протектор Нарры принял слова верховного жреца к сведению.

Описанные события происходили на самом северном из трех островов, составляющих страну Нарра-шэ. Как нетрудно догадаться, это государство было названо в честь покровительствующей ему Богини. Кроме Северного и самого скромного по территории, в его состав входили еще два острова — Средний, второй по размерам, и Южный, крупнейший.
По иронии судьбы соседнее государство, находящееся под защитой извечного противника Нарры — бога Карнавы, было во всех отношениях похоже на Нарру-шэ. Так же располагалось на трех разновеликих островах с такими же природой и климатом. С высоты птичьего полета архипелаг выглядел как ожерелье на шее красавицы: южные острова-бусины находились вблизи друг друга, а северные расходились далеко в стороны. Сходство с женским украшением подчеркивал седьмой остров, но о нем позже.
Немудрено, что архипелаг назывался Карнаво-Наррским колье.
Пока Льот Фарклайд вел беседы с верховным жрецом Богини, на Северном острове Карнавы-шэ происходили события, вызванные сходными причинами. Разворачивались они на вилле старшего протектора бога-покровителя страны.
На вилле царил разврат, в самом буквальном значении этого слова. Оргия продолжалась уже довольно долго, — мелодии, выводимые усталыми музыкантами, стали почти неузнаваемыми, хмельные гости пели и вовсе что-то свое, а некоторые стоны и звуки можно было отнести к музыке, только используя аллегорию. Впрочем, Альзорел Каст не был склонен к романтическим иллюзиям.
С каждым шагом, проходя мимо пьяных, а порой и совокупляющихся людей, он лишь все больше раздражался и хмурился. Его строгий, застегнутый на все пуговицы камзол, темно-синий форменный плащ и начищенные до блеска сапоги, казалось, тоже осуждали происходящее вокруг. Темные волосы молодого человека, забранные сзади в низкий хвост, открывали приятное со свежей светлой кожей лицо и черные глаза, сейчас сверкающие гневом за стеклами очков. Молодой человек не понимал, как можно таким образом наплевать на общественное мнение и традиции острова.
Хозяин виллы нашелся в купальне, где он, укрытый на манер этих развратников-южан лишь простыней, обнимал раздетую красотку и вел псевдонаучный диспут с одним из философов, которые были частыми гостями в его доме. В руках оба держали серебряные чаши с разбавленным вином, а девицы периодически подкармливали их фруктами и сладостями, поднося угощение к разгоряченным губам спорящих или передавая его, словно заботливые пташки, из уст в уста.
— О! Альзорел! — весело улыбаясь, поднял кубок старший протектор. — А я думал, ты и сегодня проигнорируешь мое приглашение. Наконец-то решил присоединиться? Девушки, вина моему лучшему адъютанту!
Ранреу Лоу, мужчина длинный, тощий и сухой, обладал неприятной, но отчего-то влекущей улыбкой. Он был уверен в себе: он знал, что нравится женщинам и вызывает страх у врагов. И сейчас он отлично понимал, видел по нахмуренным бровям и осуждению в суровых глазах своего помощника, что тот пришел совсем не для веселья. Но старший протектор любил поддразнивать чересчур сдержанного, строгого Альзорела Каста.
Глаза молодого человека гневно блеснули, но он не позволил себе слов осуждения. Никогда не позволял. Правда, его язвительность с лихвой компенсировала эту вежливость.
— Старший протектор Ранреу Лоу, — подчеркнуто официально обратился юноша, ладонью отодвинув кубок, который предложила ему полуобнаженная служанка, владелица тяжелой большой груди и крутых бедер, — имею честь передать вам послание верховного жреца с приказанием немедленно выдвигаться в дорогу.
— Немедленно, — насмешливо повторил Ранреу. — Аж оторопь берет. И с какой же целью, позволь полюбопытствовать?
Брови юноши сошлись на переносице.
— Полагаю, старший протектор Карнавы видит, что творится за окнами.
За окнами виллы творилось то же самое, что и за стенами храма богини Нарры, –бушевал шторм, завывал ветер, и гроза слепила молниями, пугала раскатами грома.
— Да-да, наш славный Бог уже второй день изволит гневаться, — легкомысленно заметил Лоу, повел рукой и промолвил: — Такое порой случается, друг мой Альзорел. Улыбнись и расслабься. Погляди, какие красавицы тебя окружают, выпей этого прекрасного вина, вкуси радостей жизни. Кто знает, может, этот гнев нам не удастся пережить?
— Верховный жрец знает, — Альзорел Каст даже не подумал отводить гневно-строгий взгляд от начальника. — И в этом послании, — адъютант протянул плотный свиток старшему протектору, — рецепт: как пережить гнев Бога.
— Оставь на столике, мой мальчик, — добродушно предложил Ранреу Лоу. — Почитаю на досуге.
— Верховный жрец приказал выезжать немедленно, — с нескрываемым злорадством напомнил Альзорел. — Он уже вознес об этом молитвы Карнаве.
Лоу скривился, будто вино в кубке неожиданно скисло.
— Я пьян, — сообщил он адъютанту в слабой попытке отдалить нежеланный миг.
— Верховный жрец предвидел это, — продолжил злорадствовать его собеседник, — и потому передал зелье, — маленькая бутылочка была извлечена из споррана и поставлена на указанный столик. Все присутствующие мигом опознали в снадобье быстродействующее отрезвляющее. С самым мерзким вкусом из всех возможных.
Юноша поправил очки и нанес последний удар:
— Кони уже ждут нас. Встреча с протекторами Среднего и Южного островов назначена на три часа в Лакрене.
— До Лакрена два с половиной часа галопом, — Ранреу оставалось только восхищаться упрямством своего адъютанта и ворчать.
— Именно поэтому меня и направили с вами — проследить, чтобы ничто не помешало вам прибыть на встречу вовремя, — любезно сообщил Каст.
Выражение глаз молодого человека позволяло надеяться на улыбку, пусть и не вполне дружелюбную, но губы так и не изогнулись в ней.
— Иногда я думаю, что чем-то очень сильно прогневил Карнаву, коль он послал мне в адъютанты тебя, — усмехнулся Ранреу.
— И продолжаете гневить, — бросил через плечо уже повернувшийся к выходу Альзорел. — Полчаса на сборы, старший протектор Лоу. Полчаса.

Глава 2

При взгляде на Льота Фарклайда вспоминались горные выси и сковывающий их вершины лед. Многие были искренне убеждены, что старший протектор богини Нарры просто не умеет улыбаться. Казалось, в его глазах есть место лишь холодному презрению и отточенно-изящному высокомерию, а то сдержанное одобрение, которое он иногда себе позволяет, могут заслужить лишь несколько существ в этом несовершенном — в отличие от самого Льота — мире.
Тем более странно было видеть в числе его адъютантов Шаи Фелла — улыбчивого балабола с очаровательными ямочками на щеках и хитростью в насмешливо-внимательных глазах. Зачастую он выглядел слишком легкомысленным, и на это не раз попадались его противники, забывая, что должность адъютанта старшего протектора не получают за красивые глаза.
Но сейчас тонкий длинный меч защитника Богини не разил ее врагов, а рассекал воздух всего в двух шагах от старшего протектора Нарры. Переходя из защиты в нападение, из одного приема в другой, Шаи Фелл словно танцевал, и в эти мгновения не залюбовался бы им только полный профан в благородном искусстве фехтования. Льот Фарклайд с удовольствием истинного ценителя наблюдал тренировку своего адъютанта.
Однако вскоре они прервали свои занятия, одновременно повернувшись к дороге, вернее той ее части, откуда ожидали появления своих будущих спутников.
— Шаи, будь добр, скажи, что солнце, которое наша щедрая Госпожа вновь явила нам, подшучивает над нами и это все иллюзия, недостойная беспокойств, — в холодном ровном голосе Льота Фарклайда редко слышались эмоции, однако сейчас Шаи отчетливо различил нотки отчаяния.
— Не могу, мой командир, — склонил голову адъютант Фелл, почтительно и одновременно со скрытой улыбкой. — Я клялся говорить вам только правду.
— Этого-то я и боялся, — вздохнул старший протектор.
Через минуту он поднял голову чуть выше и обратился уже к одному из прибывших гостей в своей обычной холодно-равнодушной манере, но сомнений в истинном отношении Фарклайда к новому собеседнику почему-то не осталось ни у кого:
— Не знал, что вас посвятили в круг высших протекторов.
Тот, кому предназначались эти слова, усмехнулся. Он прекрасно знал о презрении старшего коллеги к оборотням… и наслаждался им. Ибо Майрэл Ракс-Коррайский принадлежал именно к этому племени, очень гордился своим происхождением и любил выставлять его напоказ. Он вообще обожал выводить людей из себя. Особенно тех, с кем это не так-то легко было сделать.
— Вашими молитвами, — с преувеличенным почтением поклонился Майрэл, спрыгнув с коня, — сие случилось вчера.
«Как только стало ясно, что все-таки придется выступать», — не прозвучало, но всеми было услышано. Официальное разделение по уровням у протекторов считалось весьма условным. Фактически оно зависело от авторитета конкретного человека и, как правило, означало лишь признание уровня мастерства и силы защитника.
Посвящение в круг высших протекторов – отличный повод устроить праздничную церемонию с пышным банкетом. Перед оными частенько проводились долгие ритуалы с участием нового посвященного. На это и рассчитывал Льот Фарклайд, надеясь, что оборотня Майрэла все же в его группе не будет. Однако, похоже, на Среднем острове решили, что лучше пожертвовать банкетом, чем благосклонностью Богини, — оборотень со своим напарником были уж очень хороши. Что, впрочем, не мешало старшему протектору Нарры едва терпеть их обоих.
— Поздравляю, — с той же великолепной невозмутимостью произнес Льот Фарклайд. — Пусть Богиня сделает ваш путь легким.
— И не даст заскучать! — рассмеялся еще один из спешившихся всадников.
Похоже, Нарра решила проверить выдержку своего самого главного протектора, потому что бросил эту фразу не кто иной, как Гархаэт Рыжий.
Если уж говорить о Гархаэте, то в первую очередь нужно заметить, что Рыжим он не был. Неизвестно, кто и за что его так прозвал, но масти этот великан был скорее темно-русой, что определить было непросто, во-первых, из-за привычки Гархаэта постоянно носить шлем, а во-вторых, из-за его явной нелюбви к мылу и горячей воде. Впрочем, никто по поводу последнего особо не жаловался. И не столько потому, что критиковать вспыльчивого гиганта являлось занятием небезопасным, сколько по причине бесполезности сего действа. Стоит ли тратить время, силы и здоровье на мероприятие, заранее обреченное на неудачу?
Характер же Гархаэта точно соответствовал его внешности. Он вообще был парнем простым и честным. Сказал: «Ща прибью» – значит, так и сделает. Без вариантов.
В протекторы его взяли за виртуозное владение обоюдоострой секирой. Никаких иных достоинств в коллеге Льот не видел. И только изменчивой натурой Госпожи объяснял столь странную с ее стороны милость к этой персоне.
Неравнодушна Богиня была и к оборотням. Это виделось во всем. В удаче, которая так часто сопровождала перевертышей, в землях, которые им достались, в силе и ловкости. Даже во внешности, нехты их побери! Оборотни по праву назывались одной из самых красивых рас Карнаво-Наррского колье. Правда, большая часть населения островов считала перевертышей если не опасными животными, то личностями подозрительными и неблагонадежными. Впрочем, Льот предполагал, что подобная репутация составляла немалую долю их привлекательности.
— Может, перекусим? — третий новоприбывший, а им был Фиро Доргальский, духовный протектор1 с Южного острова Нарры-шэ, явно пытался разрядить обстановку.
Присутствующие посмотрели на юношу. Он улыбнулся и поднял плоскую, удобную для перевозки продуктов корзину.

##1 Защитники богов делятся на две большие группы: протекторов и духовных протекторов. Основное различие в том, что первые — это воины, вторые же в основном работают с энергией, преобразовывая ее для военных, бытовых и иных целей. Духовных протекторов часто для удобства называют духовниками.

— Мы захватили аделы, ганланские сердца и свежайшие, буквально час назад выловленные вейтландские устрицы.
Аделы — фрукты, растущие только под жаркими лучами Южных островов, ганланские сердца — нежно-изысканные рулетики с паштетом, которые делали тоже лишь там, и пресловутые устрицы являлись известнейшими деликатесами, которые удавалось вкушать в других частях страны крайне редко — они портились уже через пару часов после приготовления. Протекторы прибыли на северный остров Нарры-шэ, где их ждали Льот и Шаи, особым, доступным только духовникам и некоторым колдунам способом — пространственными туннелями, поэтому яства не успели испортиться. Пока еще не успели...
Устоять перед этим искушением не мог даже непоколебимый Льот Фарклайд!
Все пятеро протекторов быстро расселись на покрывале и уже через пару минут вкушали дары прекрасного Южного острова.
— Прежде всего я хотел бы знать, что из себя представляют наши противники, — старший протектор сделал попытку превратить этот праздник чревоугодия в подобие военного совета. — А во-вторых, где Шерши?

Старший протектор Ранреу Лоу и его адъютант Альзорел Каст на встречу все-таки опоздали. Правда, прибыли не последними. Представители Южного острова Карнавы-шэ тоже задерживались. Зато защитники со Среднего уже ждали. И, судя по всему, давно. Это было видно по тому, как синее пламя вокруг фигуры духовника потемнело почти до фиолетового.
Халльдуор Рошел принадлежал к расе, или племени, фааров. Тела им заменяла темная плотная энергия, лишь отдаленно, контурами, напоминающая человеческую фигуру, что, впрочем, не мешало фаарам при необходимости принимать людское обличье. Но эти существа совсем не стремились выглядеть людьми, куда чаще их можно было видеть закутанными в длинные темные одеяния, вокруг которых полыхало сине-голубое, иногда бирюзовое пламя. Его цвет зависел от настроения фаара.
Глаза у этих удивительных существ были огненно-красные, они располагались именно там, где должны быть у обычных людей. Из фааров получались отличные духовники, что и понятно, если учесть их природу, недалеко ушедшую от энергии, из которой было создано все на свете.
Халльдуор Рошел славился огромной магической силой, потрясающей работоспособностью, богатейшим опытом и отвратительным характером. Впрочем, профессиональные обязанности он выполнял превосходно. Вот только недостатков кого-либо другого не терпел, емко и доходчиво сообщая о них окружающим. Вне зависимости от богатства, статуса и могущества проштрафившегося.
Сейчас в проштрафившиеся угодили старший протектор Карнавы со своим адъютантом.
— Тебя не учили, что на встречу надо являться вовремя, Ранреу Лоу? — дождавшись, когда всадники остановятся, вопросил духовник со Среднего острова.
— И тебе здравствуй, Халльдуор, — безмятежно протянул глава всего этого мероприятия, перекидывая ногу через седло и спрыгивая с коня. — Рад видеть тебя в добром здравии и хорошем настроении.
— Болтун, — припечатал духовник. Однако его пламя прекратило темнеть. — Если виноват, извинись, неужели ты и этого не ведаешь? Совсем себя распустил на должности старшего протектора. На месте Карнавы я бы давно выгнал тебя к вахнам.
— Наш Бог редко утруждает себя столь незначительными делами, — хмыкнул Ранреу. — Но полно, не злись. Мы задержались не по своей вине. Гнев Карнавы повредил дорогу, пришлось воспользоваться своими способностями…
— Вручную камни растаскивали? — буркнул Халльдуор, но было видно, что язвит он скорее в воспитательных целях, чем от злости. Фаар отлично понимал, что создание пространственного туннеля с помощью сжатия энергетического пространства после таких сильных потрясений, как ярость Бога, могла занять приличное время. — Впрочем, ладно, а где бездельники с Южного?
Словно дождавшись, наконец, этого вопроса, из-за горизонта показались фигуры всадников, они стремительно приближались. Все присутствующие напрягли зрение, стараясь рассмотреть, кто к ним пожаловал.
— Все понятно, — протянул раздраженный духовник. — Вопрос снимается.
И отвернулся.
Тем временем всадники бодро приблизились. Один из них залихватски выпрыгнул из седла. Тут же склонился в поклоне. С той же скоростью выпрямился и почти выкрикнул:
— Халльдуор, только не ругай! Я понял, осознал, раскаялся и готов понести всю тяжесть наказания!
Халльдуор Рошел не счел нужным отвечать. А духовник Микош — это своеобразное приветствие произнес именно он — повернулся к остальным и поздоровался с каждым. Потом очень бережно снял с коня длинный, надежно замотанный в материю сверток и с почтением протянул его старшему протектору Карнавы.
— Вот, в лучшем виде. Напитали силой, сколько влезло. Будет разить!
Ранреу Лоу развернул странное подношение невероятно осторожно, если не сказать любовно. Под тканью оказался скрытый в ножнах меч с двумя мало заметными голубоватыми кристаллами на рукояти. Альзорел Каст знал этот клинок — личное оружие старшего протектора. Использовалось оно только против врагов, равных или превосходящих по силе. Особенность этого клинка была в том, что он мог противостоять даже заклинаниям, но перед этим его нужно было наполнить энергией одного редкого вида. Оную можно получить лишь на Южном острове. Более пятнадцати дней в мече она не удерживалась.
— Благодарю, Микош, отличная работа! — Лоу выглядел невероятно довольным.
— Его же заряжать силой не менее суток, — нахмурился Каст.
— Ну да. Сутки и наполняли, — отозвался Микош.
— Я его отдал для этого дела аккурат перед прощальной вечеринкой, — ухмыльнулся Лоу.
Во взгляде адъютанта читалось, что он заметил определение празднества и непременно припомнит начальнику устроенное перед отправлением представление.
— Что ж, коли все собрались, — безмятежно продолжил старший протектор, внутренне предвкушая весь тот ушат недовольства, который на него скоро обрушится, — давайте обсудим возможные действия наших противников.
— Вы думаете, наррийцы знают то же, что и мы?
— Конечно, — уверенно кивнул Ранреу Лоу. — Ни разу не было иначе.
«Иначе это не имело бы смысла», — а это он сказал уже себе. Говорили, что Бог и Богиня, Карнава и Нарра, соперничают и терпеть друг друга не могут. Жители обеих стран считали своим долгом подражать им в этом. Признаться, не всегда это получалось, слишком уж государства походили друг на друга. Ранреу казалось, что в этом заложен какой-то особый смысл. Старший протектор Карнавы вообще всегда и во всем искал смысл. По мнению Ранреу, скрытый или явный, смысл присутствовал в любой ситуации. И если вдруг не находился, то это значило лишь одно: надо еще раз хорошенько поискать. Такое убеждение второго человека в духовно-жреческой системе Карнавы-шэ не раз подтверждалось опытом. Частенько случалось так, что смысл непонятного открывался протектору не сразу, но всегда, всегда обнаруживался, даже если для этого требовались годы. Впрочем, Ранреу никогда бы не достиг своего нынешнего положения, если бы не умел ждать и просчитывать, видеть логику там, где другие наблюдали лишь туман и парадоксы.
Коллеги Лоу оживились. Еще бы, тема была самая актуальная. Никто не сомневался, что ежели их противники тоже выступили в поход, то встреча с ними неминуема. Как ни хотелось думать иначе, но силы у Нарры и Карнавы были примерно равные. По мере того как назывались имена, становилось ясно, что и у двух групп протекторов тоже. Каждого из соперников Ранреу и его соратники знали лично. И не только потому, что острова находились слишком близко друг к другу и торговали, — корабли, баржи и лодки сновали по Внутреннему морю с регулярностью почтовых ноурков между влюбленными. Часто суда даже не доплывали до городов, обмениваясь товарами прямо на воде. Существовали целые плавучие базары, преимущественно между Южными островами — из-за их близкого расположения. Ни война, ни обострение отношений или ссора богов не могли прекратить эти полустихийные сборища. Не говоря уже о большой торговле. К слову, купеческие союзы являлись слишком серьезной силой, чтобы с ними не считаться. Хотя бы потому, что без некоторых товаров с материка странам пришлось бы туго.
Но, как уже говорилось, своих соперников протекторы хорошо знали не поэтому. Тут дело было в Седьмом острове, Феэркен-сене.
Если Карнава-шэ и Нарра-шэ, по сути, являлись обычными странами, где правили королевские династии, то Феэркен-сен управлялся жрецами Верховного Бога Сайенсена. Он не приходился отцом Карнаве и Нарре, но почитался как создатель всего сущего. О нем было известно куда меньше, чем о покровителях этих двух государств. Однако почитали его даже далеко за пределами этих земель. Каждый год в определенные недели Седьмой остров заполоняли паломники, приносившие щедрые дары и оставлявшие немалые деньги оборотистым жителям Феэркен-сена.
Поговаривали, что Сайенсен, создав все, ныне существующее в мире, всерьез задумался над законами и закономерностями, по которым должно жить, да так глубоки были его думы, что он пребывает в них до сих пор. Особо не вмешиваясь в происходящее.
А местом для комфортного размышления о судьбах мира он избрал райский остров Феэркен-сен, где его верные и мудрые жрецы оберегают покой своего повелителя и создают все условия, чтобы ему думалось как можно приятней: приносят жертвы, устраивают радующие душу праздники и ублажают прекрасными зрелищами вроде танцев молоденьких жриц.
Иногда духовный мир и покой обычных жителей беспокоил очередной лжепророк с идеями о том, что произойдет, когда Сайенсен додумает свои думы и начнет воплощать в жизнь выношенные за это время идеи. На протяжении многовековой истории Карнавы-шэ и Нарры-шэ появлялись сотни, если не тысячи подобных видений и пророчеств. Нередко они вызывали целые бури, войны сторонников и противников, разве что не революции, но пока так ни разу и не сбылись. Однако нельзя сказать, что были совсем уж бесполезны. Иногда они обнажали социальные противоречия, а порой позволяли яснее увидеть особенности созданного Сайенсеном мира. В целом или в частности. Так, например, была найдена величайшая святыня Феэркен-сена и всего Карнаво-Наррского колье — священный камень Рах, концентрирующий мощнейшие силовые потоки и поистине творящий чудеса. К слову, большинство здравомыслящих существ, особо, впрочем, не делясь своими догадками, подозревало, что Сайенсен, если и думал про законы мироздания, то давно уже все для себя выяснил и теперь заслуженно почивает на лаврах. Ведь единственная его доподлинно известная фраза звучала так: «Люди, наслаждайтесь».
Как бы там ни было, прекрасный остров Феэркен-сен управлялся жрецами, умело совмещавшими духовные и административные функции. На этой благословенной земле возвышалось множество храмов, росли священные рощи, текли наполненные божественной энергией реки и ручьи. Там же располагались специальные учебные заведения для протекторов и священнослужителей. Сюда перспективные молодые люди и девушки съезжались со всех островов Карнаво-Наррского колье, а часто и из более дальних земель. Здесь их обучали жреческому ремеслу, умению чувствовать волю богов, течение энергии. Они работали с энергией, преобразовывали одну силу в другую. Учились и воинскому мастерству, верховой езде, языкам, управлению людьми и многому прочему. По истечении времени кто-то становился жрецом, кто-то протектором, кто-то духовником, то есть духовным протектором. Специализации на этом не заканчивались: были и лекари, и учителя, и проповедники, и мастера тонких энергий, и многие другие.
Обучение на Седьмом острове являлось отличной путевкой в жизнь и очень много значило для мальчиков и девочек, что попадали в эту кузницу служителей божьих. Хотя бы потому, что там они заводили друзей. Иногда возлюбленных. Но прежде всего деловые связи.
Поэтому протекторы обычно знали своих коллег. Даже если оные учились много позже — сведения о новичках, тем более подающих надежды, распространялись по островам со скоростью волн при гневе Богини. Когда же протекторы начинали приближаться к кругу высших, сбор сведений об успехах новичков становился профессиональной обязанностью. К тому же большинство из тех, кто занимали высокие посты, не раз и не два встречались лично, общались, а порой и участвовали в поединках — на тренировках, турнирах и в бою. И подняли множество чаш на общих пирушках. Трудно ненавидеть тех, с кем столько лет учился и жил бок о бок.
— Кстати, — на минуте тридцатой перемывания костей коллегам из соседнего государства спросил Микош, духовник с Южного острова, — а кого возьмут духовником с наррийского Среднего?
— Шерши Ро, конечно, — не задумываясь, ответил Халльдуор и аж полыхнул от ярости.
— Почему ты так уверен? — то ли не согласился, то ли решил уточнить его коллега. — У них полно сильных духовников.
— Во-первых, он сильнее всех. И хитрее, что немаловажно, — еще ярче запылал Рошел. — А во-вторых, еще ни разу не было так, чтобы эта зараза не встала на моей дороге!
Про дружбу-вражду этих двоих знали, наверное, все острова. Они ни минуты не могли пробыть рядом, чтобы не поругаться по какому-нибудь поводу, но при этом постоянно общались. И действительно все время сталкивались даже в тех местах, где, казалось, никак не должны были встретиться.
Соратники фаара поспешили перевести тему. Во избежание. А то это синее пламя хоть и не жжет, но искры от него все же нервируют.

Глава 3

— Опаздывает, как всегда, — пожал плечами оборотень Майрэл Ракс-Коррайский, вгрызаясь в устрицу.
Около него уже высилась горка раковин, и он явно не собирался останавливаться. Старший протектор Льот Фарклайд отвел взгляд, чтобы удержаться и не высказать этому барсу, а именно в барса превращался оборотень, массу справедливых замечаний о его звериной манере поведения за столом. Пусть сейчас в роли стола выступало простое покрывало.
— Когда Шерши Ро прибывал вовремя? Он появится тогда, когда сам решит появиться, – пояснил оборотень.
При всей своей неприязни к перевертышам Льот не мог не признать, что точнее и не скажешь.
— Простите моего коллегу, — сдержанно и очень мягко произнес Фиро Доргальский. — Он просил передать, что ему потребуется некоторое время для улаживания дел, и он присоединится к нам, как только появится возможность.
Майрэл поперхнулся, Гархаэт Рыжий неприлично заржал, потом догрыз оранжево-розовый адел и объяснил причину своего веселья:
— Да-да, именно так все и было. Он посмотрел на нас, как Нарра на давших обет целомудрия, и сообщил, что ему известно: Богиня выбрала его духовным представителем Среднего острова, – а мы можем быть свободны. А когда этот дипломат Фиро, — Рыжий отвесил молодому коллеге почти братский подзатыльник, — попытался напомнить, что следовать на встречу со старшим протектором вместе с нами – это долг Шерши, тот лишь махнул сложенным веером и обронил, что у него есть дела поважнее и, когда будет действительно нужно, он появится.
Майрэл и Шаи рассмеялись, посчитав дерзкий ответ Шерши Ро удачной шуткой. Фиро еще больше покраснел и принялся оправдываться, будто был лично ответственен за поведение старшего коллеги:
— Протектор Шерши Ро — очень опытный духовник, он точно знает, когда время действовать, а когда ждать. И в жизни, и в бою мало кто сравнится с ним в понимании момента!
Серые глаза Льота Фарклайда сузились. Он на дух не переносил подобное отношение к своему долгу. Долг — это единственное, что действительно имеет значение, считал он. Тем более когда речь шла о желании самой Богини. Но приходилось признать, что не было еще ни одного случая, чтобы из-за поведения Шерши Ро операции срывались, Ро действительно всегда появлялся вовремя, а за его силу и ум многое можно было простить. В том числе капризность, высокомерие и пренебрежение субординацией и правилами.
Присутствующие посмотрели на главу миссии. Сейчас никому не хотелось оказаться на его месте. И шутить тоже желания не возникало. Призывать Шерши Ро к порядку — развлечение для мазохистов. Протекторы отлично помнили, как лет пять назад на торжестве в честь начала периода Цветения, одного из самых почитаемых праздников в Нарре-шэ, предыдущий верховный жрец попытался отчитать Шерши за разговоры во время священных ритуалов.
— Протектор Ро! — сразу после их окончания прогремел глава всей религиозной системы Нарры-шэ. Высокий, облаченный в длинные одежды жрец приближался к делегации со Среднего острова. Протекторы, священнослужители и почетные гости поспешили уважительно склонить головы. Шерши оторвался от очередного спора с Халльдуором и медленно повернулся на звук, с отчетливым щелчком открывая неизменный веер. — Своей болтовней вы мешали мне вести церемонию!
Духовник насмешливо оглядел грозного старца и, слегка прикрывая полупрозрачным расписным опахалом улыбку, ответил:
— В самом деле? А по-моему, это вы мне мешали болтать своей церемонией.
Находящиеся рядом ахнули от такой непочтительности. Главный жрец побледнел от ярости.
— Мальчишка! Нахал! Богохульник! Да как ты смеешь?! — за главным жрецом водилась привычка к подобному выражению недовольства. — Пороли тебя мало на Феэркен-сене! Надо было еще тогда, когда твоя наглая рожа появилась у меня в услужении, понять, столько вреда от тебя будет, и гнать к вахнам! Совсем страх потерял, молокосос!
Шерши почти ласково улыбался, не особенно усердно прикрывая это веером. А потом вдруг шагнул навстречу жрецу — слишком близко, нарушая все правила приличия. И подчеркнуто доверительным тоном произнес:
— Вы никогда не были проницательны, господин Красс, — обращение по фамилии и без обязательного «те-рион» к жрецу считалось оскорбительным, низводило его до уровня обычного горожанина. — Иначе бы давно уже поняли, что наша прекрасная Богиня устала от вашей помпезности, от всех этих длинных нудных церемоний, от почтительности, подменяющей чувства. Вы стары, господин Красс. Ведь и я уже не так молод, а когда-то я действительно чистил вам сапоги. Как хорошо, что вы сами признаете это. Думаю, Праздник Цветения — праздник обновления, молодости и красоты — следует продолжить Церемонией Вопроса.
Темноволосый строптивец выпрямился и звонко щелкнул закрывшимся веером.
— Надеюсь, тут найдется тот, кто спросит у Богини, не хочет ли она сменить своего верховного жреца?
И конечно же, таковой нашелся. Собственно, их нынешний глава и нашелся. Нарра оказалась к нему благосклонна. А через два месяца новый верховный жрец женился на двоюродной сестре протектора Ро.
Шерши же, услышав Ответ Богини, вновь улыбнулся за веером и обронил:
— Ну наконец-то я смогу спокойно поболтать.
В этом был весь Ро — никогда нельзя было понять, где заканчивается его мелкая мстительность, а где начинаются интриги; когда его надутые губки просто дань капризности, а когда приподнятая бровь означает готовность к смертельному удару.
Связываться с Шерши не любили, но только те, кто опасался стать его врагом. Зато рядом с ним всегда было весело. Вот только как же таким управлять?
Оставалось уповать на всемерный авторитет старшего протектора Нарры.
— Думаю, нет смысла бороться с тем, с чем в данный момент мы справиться не можем, — несколько неожиданно для всех, слишком спокойно для такой вопиющей ситуации произнес Льот. Отпил из серебряного бокала прозрачной холодной воды и продолжил: — Насколько я знаю Шерши, он уже в курсе всех дел, а нам лучше обсудить наше задание и будущие действия, дабы все владели информацией в равной степени.
Его собеседники согласно закивали головами. Из них только Шаи был посвящен в происходящее.
Старший протектор, убедившись, что завладел всеобщим вниманием, начал четко и сухо излагать имеющие у него факты. Впрочем, он немного лукавил — кое-какие сведения Фарклайд не посчитал нужным разглашать.
— Два дня назад с Феэркен-сена из Храма Твоего Шанса было украдено знаменитое Зеркало, являющееся его главной святыней.
На лицах слушателей отразилось неподдельное удивление. Не проявили его только Майрэл, сказались королевская кровь и сила характера, и Шаи, который уже знал об этом происшествии. Чувства присутствующих были вполне понятны. Зеркало Сайенсена, или иначе Зеркало Твоего Шанса, славилось на все Карнаво-Наррское колье тем, что помогало с исполнением или, скорее, выяснением заветных желаний. Помогало не всем и не всегда, но сомнений в его волшебной, божественной силе не возникало ни у кого.
Поговаривали, именно в него заглянул Сайенсен сразу после создания мира, желая узреть, что же теперь ему делать. И оно показало ему остров Феэркен-сен. Верховный бог возликовал, тут же создал его таким, каким увидел в волшебном стекле, и поселился там, предавшись высоким размышлениям и отдыху. С тех пор в Зеркало заглядывали многие, очень многие. Кому-то оно открывало их истинные желания, для кого-то тут же исполняло их, кто-то видел путь, ведущий к цели, кто-то ловил свою удачу и шел вперед, ведомый ею, кто-то благодаря Зеркалу находил свою любовь, а кому-то вредный артефакт показывал кукиш. Причем, как поговаривают, в буквальном смысле.
И вот теперь Зеркало Твоего Шанса пропало. Даже не верилось в это.
— Но… но его охраняли как… как… даже не знаю что! — не удержался Фиро. — Там были лучшие протекторы! Жрецы! — Последние учились вместе с протекторами и посохи свои носили не для красоты, применяли их в качестве и обычного, и магического оружия. Многие из служителей храмов считали необходимым ношение кинжалов и амулетов. Впрочем, как правило, под одеждой. — Да и защищающая энергия самого храма!..
— Фиро… — Льот поднял бледную, с хорошо видными венами ладонь, останавливая этот поток негодования.
— Украсть можно все, была бы цель поставлена, — задумчиво пробормотал Гархаэт Рыжий.
Он знал, о чем говорил, у него были отличные связи с песец-гильдиями. Шаи кивнул: в его служебные обязанности входило поддержание отношений с Домами Чести.

##1 Песец-гильдии — криминальные структуры низшего уровня, в основном объединяющие уличных воров, нищих, грабителей, мелких мошенников, тех проституток, что работали не в домах иллюзий (борделях), и прочую подобную публику. Называются так из-за зверя песца, которого отчего-то часто поминают, сталкиваясь с деятельностью этих структур.
##2 Дома Чести — криминальные структуры высшего уровня с жесткой дисциплиной, строгим уставом и весьма большим влиянием. Входят в них воры высокой квалификации, наемные убийцы, проститутки из домов иллюзий (борделей), куртизанки, колдуны, объявленные вне закона, и пр. Происхождение названия не совсем ясно. По одной версии, название дано в противовес песец-гильдиям: если человек, желающий сохранить безукоризненной репутацию, вынужден прибегнуть к подобным методам, то идет к профессионалам, которые и дело сделают чисто, и не обманут, и не будут после шантажировать. А также никто никогда не узнает, ибо честь превыше всего, особенно честь Дома. Другая версия утверждает, что в названии заключена насмешка: если уж человек пришел в такой Дом, то его честь тут и остается.

— Но из храма? — ужаснулся молодой духовник.
— М-да, — хмыкнул Рыжий. — Рискованно, весьма рискованно. Сайенсен, конечно, не Нарра, но тоже может весьма живо отреагировать на подобную наглость. Не говоря уже о том, какая это пощечина жрецам.
— Кстати, а почему мы этим занимаемся? — чуть нахмурившись, спросил Майрэл. — У Сайенсена есть свои протекторы.
— По полученным сведениям, Зеркало перевезли на территорию Нарры-шэ, а именно, как вы уже догадались, на Средний остров. Теперь это наша работа, — ответил Льот.
По договору между островами протекторы одного божества не могли действовать на территории другой страны. Если все же приходилось пересекать границу, находясь при исполнении служебных обязанностей, то необходимо было согласие верховного жреца или главы, отвечающего за конкретную территорию храма. Без подобного разрешения протекторы соседнего государства считались находящимися вне закона, а их присутствие могло послужить причиной дипломатического скандала. Впрочем, такие нарушения случалось достаточно регулярно, но только между карнавцами и наррийцами. Служители Сайенсена подобного себе не позволяли по ряду причин.
— Понятно, — оборотень кивнул. — Тогда почему так долго ждали? За два дня можно было довести Зеркало до Земли Ледяных Озер.
Льот пожал плечами.
— Игры верховных жрецов. Для нас важно то, что Зеркало все еще находится на территории Нарры-шэ. Есть очень неплохой шанс вернуть его в храм. Судя по настойчивости Богини, она желает этого весьма страстно.
— Интересно, почему? — задумчиво спросил непочтительный перевертыш.
— Даже Богине не помешают хорошие отношения с Сайенсеном, — засмеялся Гархаэт.
— Или она как любая прекрасная женщина, — улыбнулся Шаи, — хочет полюбоваться в зеркало. Но не размениваться же на обычные зеркала!
— Думаешь, Нарра хочет выяснить что-то, ею весьма желаемое? — уточнил старший протектор. — Это может принести нам большие перемены.
— Может, и так, — покладисто согласился адъютант. — А может, это каприз. Ведь желанным часто становится именно то, что в данный момент недоступно.
— Или она хочет насолить Карнаве, — усмехнулся Майрэл.
— Или все вместе, — улыбнулся Фиро.
— В любом случае, — кивнул, будто со всеми соглашаясь, старший протектор, — нужно действовать без промедления. — Он оглядел «стол» и добавил, не имея привычки врать самому себе: — Необоснованного.

URL записи

@темы: Обсуждаем, Новости от автора, Боги вне подозрений